Обзоры фильмов


Рецензия на фильм «Странники терпенья»

Странники терпенья На кинофестивале "Амурская осень" приз "Российской газеты" получил психологический триллер Владимира Аленикова "Странники терпенья". Чуть раньше на Всемирном кинофестивале в Монреале приз за лучшую женскую роль получила 20-летняя польская актриса Майя Сопа, сыгравшая в "Странниках…" роль красавицы Марины.

Алеников снял эту картину по своему роману на вечную тему о гении и злодействе, о том, из какого сюра растут прекраснейшие из цветов искусства. Герой - известный питерский фотохудожник Андрей Берг - готовится удивить Венецианскую биеннале новыми необычными творениями. В случайно встреченной глухонемой актрисе пермского театра "Жест" он видит благодатный материал для экспериментов. Он привозит ее в загородный дом у озера и делает своей пленницей. Идет странная психологическая игра: оба испытывают понятное тяготение друг к другу, но для Андрея оно сублимируется в творчестве, а для Марины превращается сначала в томительное ожидание естественного развития событий, а затем в кошмарный сон существа, помещенного в золоченую клетку. Разгоряченный художник теперь полностью во власти своих смутных видений; чтобы их реализовать, он подвергает жертву почти садистическим испытаниям, контролирует каждый ее поступок и лишает ее возможности прекратить мучительное приключение. В ход пойдут наручники и цепь, прольется кровь. Концептуально важный для фильма разговор героя со своим духовником отошлет события к легенде о Микеланджело, убившего своего натурщика во имя вящей правдивости бессмертного творения. Блуждание в кругу мрачных тайн творчества доведено в фильме до состояния почти хичкоковского саспенса.

Здесь сам выбранный режиссером жанр выводит его к прозрениям, сформулировать которые можно только языком искусства. Действие триллера как бы естественным путем пришло к той крайней точке, за которой все происходящее становится подобным безумию. Но именно в таком пограничном состоянии создавались многие шедевры живописи, литературы, музыки: гений - всегда отклонение от "нормы", порой катастрофическое для самого гения: за отчаянным поединком в поисках Истины встают тени Свифта, Гоголя, Кафки, Босха, Ван Гога, Дали… И вот один из таких творческих актов разворачивается сегодня и на наших глазах - притягательно странный, избыточно оснащенный неземной красотой и нежностью, так легко перетекающей в садизм. И уже неважно, что это перед нами - невероятная, но очевидная реальность или всего только метафора: фильм уже дал толчок нашим свободным в полете гипотезам. О нем интересно думать.

Этого мало: фильм - еще и о причудах любви, о том, в какие непредсказуемые формы она способна сублимироваться. О знаменитом "стокгольмском синдроме", так легко перетекающем в неуправляемую страсть. О самопожертвовании, на которое всегда готова пойти любящая женщина. Здесь целый комплекс острых психологических состояний и аберраций, вкупе составляющих загадку творчества, - момента абсолютного беспамятства, который оставляет после себя такое художественное прозрение, над загадкой которого потом будут биться поколения ценителей.

Триллер-исследование. Триллер-трактат. Иначе не могу назвать эту удивительную картину, так далеко уведшую ее автора от простодушных Петрова и Васечкина, с которыми миллионы зрителей связывают имя режиссера Владимира Аленикова. Впрочем, уже в менее известном фильме-эксперименте "Мастерская" (2017), снятом в Академии Никиты Михалкова с ее студентами, Алеников предпринял интересный опыт такого психоанализа процессов, происшедших с людьми за минувшие пять лет. Более чем часовое действо снято одним кадром, что уподобило кино скальпелю, который неумолимо углубляется в плоть человеческого сознания, делая срез за срезом и открывая тайну за тайной.

"Странники терпенья" сняты выдающимся оператором Алишером Хамидходжаевым. Каждый его кадр здесь - пример и образец той мерцающей красоты, к которой стремится герой в своих экзотических фотополотнах, - будь это умиротворенный пейзаж с озером, живописный беспорядок в доме художника, трагически прекрасный Питер или портрет почти прозрачного, марсианского существа, запечатленный камерой удивленной и как бы ласкающей. В роли Андрея - Константин Лавроненко, актер всегда убедительный, в любом контексте достоверный. Он не озабочен никаким "священным огнем" в очах, что сразу унесло бы фильм в пошлость, - его герой деловито ваяет свою работу. Так, вероятно, сам Буонарроти спокойно отсекал от мрамора все лишнее, не слишком заботясь о самочувствии осколков. Впрочем, то, что Лавроненко - знак качества, не новость, а вот варшавская студентка, будущая дипломированная актриса Майя Сопа - счастливое открытие режиссера. По его рассказам, он отсмотрел десятки молодых претенденток на эту роль. Многие сразу отказались, узнав, что по ходу действия придется наголо побрить голову. Другие согласились, но были слишком "земными". А нужна была "марсианка", существо немного не от мира сего - глухонемые живут в своей вселенной, в них всегда есть загадка.

Майя Сопа сыграла не просто роль, требующую от актрисы определенной самоотверженности и даже храбрости. Она сыграла баланс на тончайшей грани между обычной молодой женщиной с ее робкими, но настойчивыми надеждами и вожделениями - и тем, что называют жизнью духа, которую почти никогда не удается тактично передать в кино. За поведением ее героини увлекательно следить: глухонемые умеют выражать оттенками мимики всю сложность человеческой мысли. И это "чтение" лица актрисы становится одним из самых глубоких процессов необычной картины - перед таким текстом побледнеет, покажется грубым любой словесный монолог. Я уже не говорю о чисто эстетическом впечатлении, которое производит ее странная, действительно не вполне земная красота.

"Странники терпенья" - один из редких успешных примеров прикосновения кино к материям столь эфемерным, к недоказуемым гипотезам, связанным с искусством. По признанию режиссера, ближайшие родственники его картины по теме - "Черный лебедь" Арановски и "Одержимость" Шазелла.

 
Источник: rg.ru

14 Мая 2020
0


Рецензия на фильм «Фея»

Фея Спустя пять лет тишины в полном метре Анна Меликян выпускает ленту «Фея» с Константином Хабенским в главной роли. Картина о самоуверенном разработчике компьютерных игр для виртуальной реальности с 30 апреля выйдет в прокат сразу в онлайн-кинотеатре КиноПоиск HD.

В центре Москвы камера следует за парой дворников-таджиков. Город не спит, шумят машины, мелькают огни ночной Москвы. Ничего не предвещает, что уже в следующее мгновение одному из таджиков прямо в спину ударят ногой. Банда отмороженных подростков набрасывается на дворников и избивает их до смерти.

Возможно, не так должен был начаться фильм о разработчике компьютерной игры в воображении среднестатистического зрителя, прочитавшего название картины и ее синопсис. Однако именно с такого захода погружает в необыкновенный мир своего фильма Анна Меликян, включенная в 2008 году журналом Variety в десятку самых перспективных режиссеров мира.

История «Феи» неторопливо выстраивается вокруг Евгения Войгина (Константин Хабенский — «Собибор», «Время первых», «Метод»). Он основатель и геймдизайнер компьютерных игр для виртуальной реальности. Самоуверенности Евгению не занимать: мир якобы вертится исключительно вокруг него, гениальность разработчика — его визитная карточка и в ночном клубе, и в придорожной закусочной.

Главным «козырем» компании, принадлежащей Войгину, выступает приключенческая сага «Коловрат» (да, соответствующий символ в ней также используется). Готовится к выходу уже третья часть игры, однако релизу не хватает инфоповодов для раскрутки.

«Гениальный» менеджер Евгений, считающий, что контролирует все процессы конторы, предлагает сделать убийство таджиков предлогом для выпуска тизера. Ну подумаешь, банда использует символику и название игры — юзерам до этого нет никакого дела.

«Это как Бэтмен, только в древней Руси», — переводит с геймерского на человеческий русский Войгин, рассказывая о персонаже игры экоактивистке Татьяне (Екатерина Агеева — «Дорога на Берлин», «Жги!»). Как она появилась в жизни нашего героя? Легко и непринужденно.

Татьяна, полуобнаженная и измазанная кровью, залезла в машину геймдизайнера. Девушка спасалась от ОМОНа, бравые бойцы которого налетели на несанкционированную акцию экоактивистов. Неисповедимы хитросплетения сюжета Меликян, которыми она может гордиться. И, конечно, Хабенским, потому что больше по сути нечем.

Заключительная часть киновселенной режиссера после любимой многими «Русалки» и не во всем удавшейся «Звезды» пытается соединить крайне разные замыслы и отсылки, но терпит неудачу. Создатели сильно перегрузили структуру сюжета, да и хронометраж для авторского кино весьма внушительный (2,5 часа). Было бы что показывать, но перед нами тривиальная по сути история о самоопределении.

Вслед за поверхностным знакомством с основным сюжетом следуют второстепенные истории, которые Меликян бросает, не доведя до конца. Конфликты, распутать которые как бы должны Хабенский и компания, остаются неразрешенными.

За 150 минут «Феи» нам покажут экстремизм, виртуальную реальность, насилие, убийства, православную архитектуру, детско-родительские проблемы, поиск места в мире, историю любви и обретение смысла жизни. Вытянуть такое многообразие тем и форм, с помощью которых режиссер к ним подступается, просто невозможно.

Хабенский в кадре забирает большую часть зрительского внимания. Актер харизматично отыгрывает циничного и самодовольного Гения, которому все многое дозволено. Константин объединяет амплуа циника из монофильма «Коллектор» Алексея Красовского с чертами характера своего героя из короткометражной ленты Меликян «Я иду к тебе».

Впрочем, откровенным мерзавцем Евгения Войгина не назовешь. Для баланса злому гению приставили молчаливую дочку (Александра Дишдишян — дочь Анны Меликян, дебютировавшая в большом кино), за которой тот будет бегать в попытке наладить социальную коммуникацию.

Катастрофически плохо у «Феи» с мотивами. Вероятно, корни этой проблемы в том, что автор, переходя от одной стадии создания ленты к другой, менял ее цель. «Когда я писала сценарий, думала, что это про предназначение человека. Когда снимала, казалось, что это про любовь. Когда смонтировала, увидела, что это про встречу родственных душ. Сейчас мне кажется, что этот фильм про то, как человек соприкоснулся с тайной, которую ему постичь не дано», — рассказывает Меликян о фильме.

Так, девушку, спрятавшуюся в машине, герой Хабенского уже в следующем эпизоде без всякого собеседования зовет на работу и берет с собой в рабочую поездку. Проходит еще 10 минут — бац, и она уже вторая половинка. Когда это произошло? Как зритель должен был уловить химию между героями? Никаких намеков на ее возникновение в фильме нет.

Другой пример — молчание дочки главного героя. За 2,5 часа она произнесет лишь одно слово в финальном эпизоде. Раскрытие персонажа ограничено возникновением двух фактов из ее жизни: 1) ей нравится один мальчик из класса; 2) она снимает видео и выкладывает в Instagram («Тарковский», — метко подметит Войгин). Почему она не говорит? Куда смотрит мама? Зачем вообще зрителю нужно было показывать историю про ее влюбленность? Вопросам суждено остаться без ответов.

Вдобавок ко всему кино, и без того скатывающееся на дно, страдает от топорных, вымученных диалогов. Где-то между тем, как главный герой размышляет о прошлых жизнях и с подачи эксцентричной подружки начинает считать себя Андреем Рублевым (что? да!), могут прозвучать такие диалоги: «Знаешь, в честь кого Рублево-Успенское шоссе названо? Ну… в честь рубля?» или «Почему умные мужчины не верят в Бога? Потому что умные».

После чарующего дуэта Марии Шалаевой и Евгения Цыганова в «Русалке», после харизматичной Тинатин Далакишвили в «Звезде» в сухом остатке «Фея» с творцом русской версии «Ведьмака» Константином Хабенским, который ищет то ли себя самого, то ли родную душу. Увы, красиво завершить трилогию у Меликян не удалось, пусть в кадре по-прежнему любимые актеры.

 
Источник: kanobu.ru

01 Мая 2020
0


Рецензия на фильм «Спутник»

Спутник В Нью-Йорке открылся кинофестиваль Трайбека (Tribeca Film Festival, TFF). Виртуально. Он пройдет, как и планировалось, с 15 по 26 апреля, но онлайн. И впервые за долгое время в программе фестиваля есть российский фильм - лента "Спутник" - дебют молодого режиссера Егора Абраменко. Картина задумывалась и реализована как потенциальный блокбастер. Она должна была выйти в российских кинотеатрах, однако случилась пандемия и "Спутник" стал первым большим российским релизом, чья премьера пройдет в Сети. Уже 23 апреля фильм можно будет смотреть на платформе more.tv.

Нельзя сразу же не высказать сожаление по поводу того, что, конечно же, картина предназначена для просмотра на большом экране, где будут видны все визуальные эффекты, которыми она насыщена, и не только они. Остается только рекомендовать все же устроить большую зрительскую премьеру в кинотеатре и выпустить картину в кинотеатральный прокат, когда все закончится. Но пока объясним, почему "Спутник" имеет смысл посмотреть, не откладывая.

Первое - фильм словно продолжает кинематографическую Вселенную, созданную Федором Бондарчуком как режиссером в фильмах "Притяжение" и "Вторжение". В этой картине Бондарчук - один из продюсеров, вместе с Михаилом Врубелем, Александром Андрющенко, Вячеславом Муруговым, Ильей Стюартом, Мурадом Османном и Павлом Бурей. Признак принадлежности к этой Вселенной - история про инопланетян. По сюжету фильма "Спутник", на землю после полета возвращается пара космонавтов. Время и место действия - СССР, 1983 год. Однако один из исследователей космоса вернулся домой не таким, как был ранее. Он привез с собой пришельца, который обитает внутри его организма. Не правда ли - напоминает культовый фильм "Чужие" и даже первую картину франшизы "Люди в черном"? Однако - и это вторая причина обратить внимание на этот фильм - действие происходит в советской реальности. Наша история насыщена такими событиями, которые в любом произведении способны захватить сами по себе. Даже если не помещать в эту историческую реальность мистику и инопланетян. Наш зритель, в отличие от, скажем, американского, и не привык к таким поворотам сюжета. Зритель - в неведении: знает ли космонавт о том, что внутри него существует паразит? Петр Федоров, играющий роль героя СССР Вешнякова, покорителя космоса, показывает своего героя таким, что поначалу даже не поймешь - это простой исполнитель или все-таки лидер.

Держат "возвращенца" на закрытой военной базе, где всем командует генерал Семирадов - эту роль исполняет Федор Бондарчук. Вот что говорит о своем образе сам Федор Сергеевич: "Обсуждая Семирадова, мы, конечно, вспоминали героя Марлона Брандо в фильме "Апокалипсис сегодня" Копполы. Человека безумного с одной стороны, а с другой - несущего свою внутреннюю правду, искренне верящего и отстаивающего свою позицию".

Генерал Семирадов считает, что помочь в сложной ситуации и изучить природу пришельца способна одаренная врач, применяющая экстремальные методы лечения, Татьяна Климова. В этой роли Оксана Акиньшина. Начальника не смущает, что один подобный специалист на базе уже есть - врача, который безуспешно занимается непонятным пациентом, играет Антон Васильев. Поскольку его разработки зашли в тупик, требуется помощь специалиста, способного пожертвовать собой во имя науки, и Оксане Акиньшиной такая роль явно удалась. Вот как высказался один из авторов сценария фильма Олег Маловичко: "В Оксане Акиньшине и Петре Федорове есть глубина пережитой и переживаемой травмы, что для нашей истории важно, если не критично".

Конечно, те, кто работал над фильмом "Спутник" (а компания нам хорошо знакома - на ее счету не только "Вторжение" с "Притяжением", но и ленты "Лед" и "Лед 2", и другие), не были бы сами собой, если бы не включили в картину историю любви, доминирующую надо всем остальным.

В фильме "Спутник" - и это третье - есть черты не только фантастики, хоррора и медицинского триллера, но и боевика, что делает его особо захватывающим. Вот это смешение жанров и смелость режиссера, который не боится фантазировать и ни в чем себя не ограничивает, приводит к тому, что оторваться от просмотра невозможно.

Притягивает и двойственный смысл названия. Понятно, что "Спутник" в данном случае - не только "космический" термин, но и то странное, непонятное и необъяснимое, что сопровождает каждого из нас, независимо от того, живет в нем инопланетянин или нет.

 
Источник: rg.ru

17 Апреля 2020
0


Рецензия на фильм «Преступный человек»

Преступный человек Грузия, наши дни. Сквозь пейзаж, погруженный в предрассветную дымку, едут два автомобиля, две тревожные белые точки. В одном из них везут жертву, в другом сидят убийцы. Несколько глухих хлопков, дело сделано, и снова тишина, лишь гудит где-то вдалеке автострада. У преступления, всколыхнувшего страну (погиб Константин Геловани, голкипер национальной сборной), есть свидетель. Именно его глазами на общем равнодушном плане мы наблюдали акт убийства. Именно он главный герой фильма, хотя вплоть до финала его имя так и не будет названо (исполняющего эту роль Георги Петриашвили Мамулия нашел на проходной театрального института в Тбилиси, где тот работал охранником).

Свидетель — всегда соучастник, и неважно, что он выбирает — говорить или молчать. Все в этой жизни связано, хоть и случайно. Завороженный чужой судьбой, трагически оборвавшейся по неизвестным ему причинам, свидетель превратится в сталкера. Явится на похороны, будет подсматривать за женщиной, которая, в отличие от него, согласилась сотрудничать с органами — в ту ночь она тоже находилась неподалеку от места преступления. Станет выслеживать родственников убитого и наконец сам купит пистолет.

И все это без единого слова. Ведь главное происходит в голове, читать надо не по губам, а по глазам. Но и они не зеркало души, а слепой мрак бесконечности. У поступков тут нет причин, только последствия, как бы намекает Мамулия, повторяя за Альбером Камю, в дебютном романе которого («Посторонний») поступки героя, в том числе и убийство, были так же вызывающе ничем не мотивированы.

Почему мы вообще ждали этот фильм ни о чем? Потому что он на самом деле о состоянии всего российского кино. Ну, не всего, конечно, но той его важной и авангардной части, за которую отвечает Московская школа нового кино, чьи выпускники чаще прочих участвуют в международных фестивалях. Игорь Поплаухин («Календарь»), Саша Кулак и Руслан Федотов («Саламанка»), Максим Шавкин, трагически погибший в 2017-м («14 шагов») — все выпускники МШНК. А Мамулия (кстати, философ по образованию) — ее идеолог, творческий руководитель. И идеология ментора очень сильно определяет работы студентов школы.

Прошлый и первый фильм Мамулии, «Другое небо», вышел почти 10 лет назад. Интересно было бы узнать, как тотальная смена вех, носителей и устройства кино повлияла на философию режиссера-педагога, который много говорит о бессилии кинематографа перед бегом времени, о необходимости особого метода, который позволит режиссеру не ловить за хвост стремительно уходящую натуру, но бить на упреждение. Ну вот, теперь этот метод можно видеть на экране в чистом виде, и, похоже, его секрет в отказе от погони за современностью.

Время не властно над автором, методологически Мамулия верен себе образца 2010-го. Как и в «Другом небе» (интересно, что в первом варианте монтажа тот фильм кончался почти так же, как начинается этот — найдя в Москве свою беглую жену, его герой, Али, расстреливал ее на общем плане, на фоне какой-то кучи песка за городом), повествование очень пунктирно, сюжет растворен в плотной вязи бытия. Диалоги сведены к минимуму, а основной двигатель сюжета — шумы цивилизации, новостные сводки и прочий абсурд телевизионного эфира. Вот фоном идут криминальные репортажи, а вот многозначительным контрапунктом — караван историй про двух Эскобаров — Пабло и Андреса, наркобарона и футболиста, чьи судьбы тоже связаны навеки, как и героев фильма.

Образный мир фильма стремится к лаконизму, но режиссеру явно не хватает решимости сделать шаг вперед и избавиться раз и навсегда от вычурных красивостей, от золотого сечения в пейзаже, от поэтики Андрея Арсеньевича Тарковского, от всех этих одиноких деревцев и прочей метафизической бутафории. Виды и дали у Мамулии явно даны не как виды сами по себе, а как знак красоты и живописности. Они вызывают в памяти череду других таких же иконических живописных пейзажей — досадное отступление от режиссерской идеи не навешивать ярлыки и не маркировать события, показывать их такими, какие они есть, а не такими, как мы их склонны интерпретировать.

В «Преступном человеке», разумеется, проступает массив авторитетных референсов — от классиков киноэкзистенциализма вроде Антониони до их нынешних наследников Альберта Серра или Лукресии Мартель, возглавляющей жюри основного конкурса в этом году в Венеции (она тоже исчезла с радаров почти на 10 лет, но вернулась как раз с совсем другим кино). Жаль, что она не посмотрит «Преступного человека», который участвует в программе «Горизонты».

Но саму стратегию обращения с современностью Мамулия, похоже, подсмотрел вообще в другом месте — у Александра Сокурова, пропустившего все культурные бури XX века, но снимающего современнее всех киноавангардистов века XXI. Кажется, ответом на самый болезненный вопрос 2019 года — «Как, не теряя себя, успеть за стремительными виражами реальности?» — окажется «Вообще сойти с дистанции». А вот отстать на какие-то 10 лет для этого явно недостаточно.

 
Источник: kinopoisk.ru

02 Апреля 2020
0


Рецензия на фильм «Керосин»

Керосин В предыдущем фильме Юсупа Разыкова «Турецкое седло» главный герой, бывший сотрудник органов госбезопасности, каждое утро варил себе полную кастрюлю яиц, а скорлупки от них с маниакальной педантичностью складывал в стеклянную банку. Такой вот «человек в скорлупе» вместо традиционного чеховского «человека в футляре». Яйца являются важным символом и в «Керосине». В начале картины ее героиня, 80-летняя бабушка Павла (Елена Сусанина), живет в обнимку с курочкой. Эта деревенская идиллия продержится недолго, но даже когда птица при трагических обстоятельствах исчезнет, хозяйка продолжит получать от нее яйца с того света.

Если нужно придумать какой-то красивый символ для кинематографа Разыкова, то это тоже будет яйцо — нечто идеально гладкое по форме, обманчиво простое по содержанию, очевидное, обыденное, но вместе с тем максимально питательное и нагруженное невероятным количеством смыслов. «Турецкое седло» было снято за смешные по меркам отечественного кинопроизводства 1,5 миллиона рублей. На сочинской премьере «Керосина» режиссер рассказал, что бюджет нового фильма — уже 2 миллиона. И добавил: «Поскольку у нас играют возрастные артисты, картина выглядит так, будто мы снимали ее на их пенсию». Зал расхохотался.

Павла из «Керосина» — женщина без скорлупы. Все барьеры, защищавшие от ее внешнего мира, давно расколоты и разрушены. Старый деревянный дом в опустевшей деревне Порожки выходит окнами на трассу, по которой с огромной скоростью носятся грузовики. Иногда к старухе приезжают дальнобойщики. Покупают водку с закуской в соседнем магазине и идут к ней пить. Она посидит с ними немного, а потом прячется у себя. Во сне Павла видит давно умершего мужа Петра (Валерий Маслов) — его портрет и наяву каждый день смотрит на нее со стены. Оживший Петр из сновидений дает жене наказы, часто невербальные, и смотрит строго — исполняй, мол, не вздумай ослушаться. Ухаживать за домом немного помогают дочка с внучкой-подростком, но живут они далеко, а навещают редко.

Если вам кажется, что это очередное кино о том, как темна и полна ужасов жизнь в российской провинции, то вы сильно ошибаетесь. По жанру «Керосин» — сказка, разделенная на главы с соответствующими названиями: «Иван-дурак», «Лихо», «Мертвая вода». Трудно понять, в какой момент видения героини сменяются реальностью и когда именно неотвратимый рок превращается в злую волю конкретных людей. Пространство фильма — одновременно и документальная вещественность, и сказочная чудесатость, его историческое время — сейчас и всегда.

На Павлу обрушиваются тридцать три несчастья. Гибнет любимая курица, замерзает бесплатно взятый на ферме, отогретый и откормленный из соски поросенок, закрывается магазин, поставлявший выпивку для дальнобойщиков, вместе с ним исчезают электрические провода. В заглавие фильма вообще вынесены почти танталовы муки. Павла не пользуется свечами, потому что боится пожара, но зажечь керосиновую лампу тоже не может: керосина в доме нет, хотя рядом стоит нефтеперерабатывающий завод, по трассе туда-сюда гоняют бензовозы, а по телевизору регулярно отслеживают курс барреля. Жизненные блага утекают, они — для тех, кто движется, а не для тех, кто своей неподвижностью цементирует почву под ногами расхитителей.

Павлу играет 83-летняя Елена Сусанина, актриса Ярославского театра имени Волкова. Играет так пронзительно, что поневоле задумаешься, как редко теперь попадают на большой экран пожилые женщины и как много теряет российское кино, игнорируя важнейшего персонажа русской литературы — бабушку, которая может быть и архетипической Бабой-ягой, и вечным источником народной мудрости, как Арина Родионовна, и главой семьи, как горьковская Акулина Ивановна. Монументальный, неисчерпаемый образ, уничтоженный нездоровой погоней за вечной молодостью и витальностью.

В «Керосине» мало диалогов, звуковой фон фильма — тоже половинчато-сказочный. Саундтреком выступают песни Сергея Старостина, собирателя и исполнителя русского фольклора. И здесь снова ощущается пропасть, которая отделяет самобытный фильм Разыкова от общего кинематографического потока. Любое «народное» у нас теперь принято замещать «массовым» и «патриотическим», сливая понятия, которые по факту не так уж и близки. «Народное кино» — это необязательно то, на которое получены и потрачены миллионы от Министерства культуры. Короче, позвоните бабушкам. Они ждут.

 
Источник: kinoafisha.info

26 Марта 2020
0


1-5 6-10 11-15 ... 161-165 166-168