Обзоры фильмов


Рецензия на фильм «Гипноз»

Гипноз Не по годам серьезный подросток Миша (дебютант Сергей Гиро) ходит во сне. Его родителей (Сергей Медведев и Екатерина Федулова) это сильно беспокоит. Ладно бы мальчик оставался в пределах квартиры, так нет: в сомнамбулическом состоянии он выскакивает на улицу и бродит по району. По рекомендации знакомых Мишу отправляют на лечение к профессору Волкову (Максим Суханов) — гипнологу, который якобы справляется даже с самыми тяжелыми случаями. Однако 16-летнего героя доктор почему-то загипнотизировать не может, и в результате Миша просто остается в кабинете и наблюдает за его работой.

Харизматичный профессор производит на подростка огромное впечатление. Постепенно Миша начинает чувствовать себя кем-то вроде его ученика и даже пытается ставить гипнотические опыты на младшем брате. Однако симпатия к Волкову — не единственная причина его частых визитов. В кабинете доктора он знакомится с Полиной (Полина Галкина) — девушкой, которая, в отличие от Миши, легко поддается гипнозу и часто задает себе вопрос о том, что же происходит с ней на сеансах у Волкова. А вот Миша об этом до поры до времени не задумывается — и очень зря.

Сценарий фильма основан на воспоминаниях режиссера Валерия Тодоровского. В детстве он боялся закрытых пространств, и родители лечили его у известного профессора Владимира Райкова, советского психотерапевта и гипнолога, проводившего эксперименты по развитию творческих способностей с помощью гипноза. При этом Тодоровский подчеркивает, что его новую картину нельзя назвать автобиографической. Воспоминания постановщика переработала в вымышленную и вполне современную историю Любовь Мульменко, сценарист «Верности» и «Как меня зовут».

Гипноз, да и вообще любое воздействие на человеческое сознание — любимая тема мирового кино. Тема универсальная, потому что кинематографический опыт сродни гипнотическому. Режиссер-демиург на время сеанса погружает зрителей в мир своих фантазий и полностью подчиняет их своей воле. Мы смеемся и плачем в те моменты, когда это нужно автору, мы смотрим его сон, а не свой. Если фильм хорош, то мы не в силах сдвинуться с места и приходим в себя только после слова «конец».

Есть и еще одна важная вещь. Тема гипноза и сомнамбулизма в истории кино неразрывно связана с немецким экспрессионизмом. В шедевре 1920 года «Кабинет доктора Калигари» человек-сомнамбула по имени Чезаре совершал убийства по воле жуткого врача, одержимого идеей контроля. Калигари стал праотцом всех экранных докторов-маньяков, от Йозефа Хейтера до Ганнибала Лектера. Он также в некотором роде был героем пророческим: фильмы немецкого экспрессионизма, исследовавшие человека и неограниченную власть, позже виделись мрачными предупреждениями о будущем, которое все-таки наступило с приходом Гитлера — диктатора, мастерски умевшего гипнотизировать массы.

Тодоровский, конечно, знает об этих ассоциациях. Неслучайно в одном из эпизодов доктор Волков вдруг начинает читать на немецком стихотворение-колыбельную, аналог нашего «придет серенький волчок и укусит за бочок». И понятно, куда тут можно было повернуть сценарий. Для России, как и для многих стран, тема пропаганды, контроля и навязанных образов невероятно актуальна. Но «Гипнозу» и его авторам не хочется рискованных обобщений. Фильм остается в безопасном и идейно плоском пространстве камерной драмы о бунте против отцовского авторитета.

Точно так же упущены и другие возможности. Линия с Полиной, например, сначала развивается по лекалам хичкоковского триллера, но развязка у нее такая скомканная, что может взбудоражить разве что впечатлительного подростка. Отдельное недоумение вызывают образы родителей Миши. Герой страшно ими недоволен, считает их инфантильными, но что конкретно с ними не так, понять трудно. Да, они не любят готовить и ходить на родительские собрания (а что, все любят?), по вечерам смотрят сериалы Netflix. Но в квартире чистота, дети одеты-обуты, на них не кричат и не поднимают руку, да и к гипнологу Мишу вообще-то отправляет встревоженная мама, готовая посреди ночи стирать его промокшие после ночных прогулок штаны.

Похожая ситуация была в прошлом году с «Одессой», предыдущей картиной Тодоровского, тоже основанной на его детских впечатлениях. Познакомив зрителей с большой и не очень дружной семьей и описав город, закрытый в начале 70-х из-за эпидемии холеры, режиссер ближе к финалу свел весь сюжет к страданиям столичного интеллектуала, воспылавшего страстью к 15-летней девочке. Сочувствовать персонажу было тяжеловато. И в «Гипнозе» происходит то же самое. И подросток Миша, и доктор Волков остаются героями чужого сна, умозрительными конструкциями, которые отвечают за понятия «бунтующий подросток» и «влиятельный взрослый». Ситуацию не спасает даже Максим Суханов — глыба, актер, способный заткнуть за пояс любого Калигари.

Его выдающаяся игра — главное, ради чего стоит идти на «Гипноз» в кино. С остальными надеждами лучше сразу попрощаться. Тут не будет ни триллера, ни драмы, ни фантастики — только скромная история о ребенке, которому харизматичный дядя попытался запудрить мозги. У него не получилось. И у режиссера тоже.

 
 
Источник: kinoafisha.info

15 Октября 2020
0


Рецензия на фильм «Гудбай, Америка»

Гудбай, Америка Можно ли стать своим в Америке? Способны ли деньги и комфорт унять тягу к русским блинам, одесскому гефилте фиш и знаменитому армянскому тжвжику? Как перебороть пресловутую русскую ментальность, попадающую в организм с молоком матери? Теряем ли мы свою идентичность, променяв родные березки на цветастые пальмы? Об этом и многом другом пытается размышлять и рефлексировать великий режиссер наших дней Сарик Адреасян. Он буквально препарирует советскую и американскую души, показывая тонкости и с трудом улавливаемые детали столкновения столь разных культур. Возможно, как-то так фильм и выглядел в голове автора, но вот до зрителя добрался несколько иной продукт.

«Гудбай, Америка» представляет собой набор историй в духе «Реальной любви». Мы знакомимся с несколькими семьями и героями. Первым нужно найти знаменитое еврейское блюдо, как «делала бабушка». Такова прихоть беременной жены, которой не может противиться супруг, вынужденный возить ее буквально по всем калифорнийским ресторанам национальной кухни. Ко вторым приезжает дедушка из России, мечтающий научить внука прелестям русских уличных развлечений с карбидом и серой, что оборачивается ожидаемыми проблемами. Третьим становится Игорь, стесняющийся своих корней, ведь с «дикими русскими» никто не хочет вести бизнес. Четвертым оказывается армянин с истекающей грин-картой, готовый ради гражданства заключить фиктивный брак с американкой. Последним, объединяющим всех персонажей, будет местный учитель музыки из школы для русских детей. Правда, это не единственное занятие Георгия, не расстающегося со своей гармонью. Он подрабатывает местным «волшебником» и способен решить любую проблему своих соотечественников на чужбине.

Дальше со стихами Бродского, Евтушенко и постоянным проигрышем на гармони «С чего начинается родина» мы окунаемся в мир стереотипов, оживших монологов Задорнова о глупых американцах и шуток про туалет. Последнее, к сожалению, не преувеличение. Герой Стоянова буквально перебирает газеты в доме, приговаривая: «Трамп, Трамп, Трамп, а че, Обамы не осталось? О, Меркель, тоже сойдет», потом комкает бумагу и скрывается за дверью заветной комнаты, до этого уже успев перепугаться от существования подмыва. Совсем скоро последует вековая мудрость «закуска градус крадет» и вечная любовь к алкогольному ЗОЖ с тостами «за здоровье». Мы узнаем, что русские, пускай и не оканчивали Гарвард, но будут поумнее окружающих. И многие другие культурные и не очень особенности, без которых невозможно вырастить уважаемого члена общества.

На этом Сарик не остановился и пошел дальше, наполнив картину банальными приемами из ромкомов. Безумными капризами беременности, чудодейственными блинами с вареньем, дарящими прозрение, вместе с плачем под трогательную, но искусственную музыку. Все герои ведут прилизанные разговоры, как будто их диалоги писала нейросеть, и пытаются неудачно шутить, буквально показывая, почему мир не в состоянии понять эту широкую и местами по-настоящему дикую душу. В конце все соберутся за большим столом и мангалом, а кто-то спасет свой брак в аэропорту, почти у трапа самолета. Из картины вытянули всю жизнь, собрав ее из деталей конструктора, вот только под рукой оставались лишь предрассудки из прошлого. Тогда «Вачовски еще были братьями», как скажет один из героев. В конце ждет спасительная песня «Наутилуса» «Прощальное письмо», давая понять, что нам не показалось, откуда позаимствовано название.

«Гудбай, Америка» иллюстрирует собой единственную мысль: хорошо там, где есть русские, правда, им самим не всегда хорошо вдалеке от родной земли. Сарик пытался снять искреннее и доброе кино для людей, способных смеяться над дразнилкой «Обама-обезьяна», верящих в русскую исключительность, что выручит в любых трудностях на чужбине, тепло вспоминающих Задорнова и вытирающих скупую слезу. Они просто не заметят оставшегося после широкого гостеприимства хаоса и разрухи, отживших нравоучений и давно почивших советов. Просто для них мир действительно выглядит так, и вряд ли с этим можно что-то поделать. На картину стоит идти за простотой и незамысловатостью. Здесь опасно думать, а все, что требуется от зрителя — это отдаться обволакивающим русским корням. Главное, верить в существование особой и неповторимой ментальности, которую может оценить только сосед, облокотившийся на березку и закусывающий блином с красной икрой.

 
 
Источник: kinoafisha.info

10 Октября 2020
0


Рецензия на фильм «Падение»

Падение «Понять нельзя простить» — так звучит слоган «Падения». Хотя он и навевает жутковатые школьные воспоминания о попытках разобраться в замысловатой пунктуации русского языка с помощью хрестоматийного «Казнить нельзя помиловать», в нем заключена вся суть фильма. И, если хотите, интерактивный элемент: по окончании просмотра каждый волен сам решать, где в этой фразе место запятой.

Уиллис (Лэнс Хенриксен) покидает ферму в Иллинойсе и летит на неделю в Калифорнию, чтобы подыскать себе дом поближе к сыну Джону (Вигго Мортенсен). Тот счастливо живет со своим мужем Эриком и их приемной дочерью Моникой и довольно близок с младшей сестрой Сарой. Уиллис принадлежит к молчаливому поколению, свято верит в патриархат, мыслит стереотипами, ненавидит либералов, иностранцев, но больше всего, конечно, женщин. Джон, в свою очередь, тот самый ненавистный его отцу либерал и гей, чей муж наполовину китаец, наполовину гаитянин. Сказать, что они находятся на разных идеологических полюсах — ничего не сказать. Никакие добрые намерения Джона помочь отцу не смягчают сердца старика, и ему остается лишь стоически выслушивать нападки на него, его семью, образ жизни и взгляды.

Говоря о «Падении», невозможно не упомянуть заслуг его режиссера Вигго Мортенсена, больше известного как Арагорн и Тони Лип. Большинство знают его только как актера, в свое время удостоившегося номинации на «Оскар», но в действительности талантов у Мортенсена намного больше. Мало кто слышал, что он также занимается живописью, поэзией, фотографией и музыкой. Когда «Властелин колец» сделал его богатым и знаменитым, часть гонорара Мортенсен потратил на открытие небольшого издательства, получившего название Percival Press. К этому списку также можно добавить свободное владение семью иностранными языками, сделавшее его известным за пределами США. Казалось бы, от такого человека эпохи Возрождения можно было ждать узконаправленного арт-хауса, но Мортенсену удалось снять кино, которое одинаково отзовется и у искушенной публики, и у массового зрителя.

Дебют Вигго Мортенсена в режиссуре получился очень личным, что неудивительно, ведь в его основу легли отношения Мортенсена с собственными родителями, за которыми он, подобно своему герою, ухаживал, когда сами они уже не могли о себе позаботиться. Наделив своих героев чертами прототипов, он будто пытается по-новому взглянуть на свои отношения с ними, а вместе с тем и на все прошлые ссоры, склоки и брань, хорошо знакомые всем, кто рос с авторитарными родителями. Выходит это настолько убедительно, что невольно возникает то неловкое ощущение, когда за семейным столом всплывают темы религии или политики, а слова «либерал» и «консерватор» трансформируются в оскорбления.

Каким бы мерзавцем ни казался Уиллис с его вечным брюзжанием и убеждением, что его слова — истина в последней инстанции, Мортенсен не изображает его бездушным монстром. Напротив, многочисленные флешбэки свидетельствуют о том, что когда-то отец и сын были счастливы проводить друг с другом время, и хотя Уиллис всегда был упрям, он был способен развеселить отпрыска и заставить свою жену улыбнуться. Не совсем ясно, кому принадлежат эти воспоминания: попытка ли это угасающего Уиллиса ухватиться за единственную хорошо понятную и знакомую ему вещь — прошлое, или это Джон пытается взглянуть на него с отцовской точки зрения?

Очевидно, что основной конфликт сводится к непримиримым разногласиям между поколениями. Иронично, что дитя молчаливого поколения Уиллис не может прожить ни минуты без очередной колкости в адрес сына, а сила того, в свою очередь, заключается в способности промолчать, усмехнуться и оставить старика наедине со звенящей тишиной и собственной обидой на весь мир. Лишь однажды Джон изменит своей стратегии в общении с отцом, сорвется на крик, граничащий с визгом, и именно здесь Мортенсен продемонстрирует свое мастерство актера. Тогда же станет ясна причина, по которой Уиллис позволил злости взять контроль над своей жизнью, она же его очеловечит, и она же заставит посочувствовать ему. Сколько бы он ни бил себя кулаком в грудь, он слаб, потому что так и не научился прощать.

«Падение» следует посмотреть всем, кто хочет ближе познакомиться с Вигго Мортенсеном и его работой: кроме того, что он срежиссировал фильм и сыграл в нем, он еще и написал к нему музыку, которая звучит в, возможно, самой трогательной финальной сцене. Пресловутая проблема отцов и детей здесь лишена всякого дидактизма. Мортенсен предлагает родителям взглянуть на мир глазами своих отпрысков и наоборот, а уже потом решать, кого понимать, кого прощать, а кого навсегда вычеркивать из своей жизни.

 
 
Источник: kinoafisha.info

09 Октября 2020
0


Рецензия на фильм «Кто не спрятался»

Кто не спрятался В большой загородный дом приезжают две пары, которые давно мечтают о запоминающихся выходных на берегу океана. Тем более появился серьезный повод: их фирма заключила крупную сделку. Правда, веселье заходит слишком далеко, заставляя утром краснеть и сожалеть о бурной ночи. Выясняя отношения, они понимают, что все это время за ними наблюдали. В комнатах обнаруживаются скрытые камеры, документирующие каждое действие, даже в самых интимных местах. За отдыхающими начинается охота, а в этом тихом и отдаленном от цивилизации месте они становятся легкой добычей.

«Кто не спрятался» — фильм-обманка. Все начинается с таинственного арендатора и намеков на очередной пугающий триллер о расизме, пускай ради разнообразия в центре здесь оказываются не афроамериканцы. Неожиданно и довольно ловко сюжет меняет свое направление, оставляя слегка заметное послевкусие неприятного знакомства. Стоит приготовиться: дальше нас ждет напряженная семейная драма, которая лишний раз иллюстрирует, что люди не способны меняться. Они с легкостью поддаются темным сторонам характера и с трудом справляются с влечением, не могут подавить агрессию, забыть старые привычки и отбросить в сторону пожирающие изнутри сомнения. В этом нестабильном эмоциональном климате ключевыми становятся множащиеся тайны. Ложь тянет за собой новую ложь, буквально превращаясь в катализатор местных трагедий.

Злодей оказывается всего лишь наблюдателем и буквально срастается со зрителем, также подглядывающим за этой семейной и дружеской неразберихой. Нам предстоит гадать, кто стоит за этими камерами: недобросовестный извращенец-арендатор, таинственный убийца, настоящий владелец виллы, а возможно, все это один человек. Главное, незнакомец практически не причастен к этой эмоциональной буре. Кажется, и без его вмешательства такой отдых обернулся бы трагедией. Антагонист — самая неожиданная фигура картины. Он не похож на типичных эгоцентриков, упивающихся страхом и беспомощностью своих жертв. Напротив, ему нравится быть в тени, наблюдать, а не убивать. При таком раскладе две молодые пары стали удачной и запоминающейся добычей. Даже финальная нарезка не дает долгожданного ответа на вопрос о его личности, оставляя истинные мотивы и цели незнакомца в маске при нем. Можно только гадать, как он поступил, если бы его не раскрыли.

Не стоит ждать привычного хоррора и нарастающего саспенса, ведь в этом случае вас может ждать разочарование. Герои не успеют осознать свою беззащитность и превратиться в сопротивляющуюся добычу. «Кто не спрятался» — кино в первую очередь о знакомых многим проблемах, отравляющих обычные отношения. Все привычные для жанра атрибуты сконцентрированы лишь в последних 10 минутах. Фильм не будет смаковать животный страх, а переходит в плоскость страха социального: одиночества и предательства самых близких. Захлестнувшие эмоции и отсутствие трезвости в мыслях буквально преумножают неуверенность героев, оставляя после них выжженное поле. Можно даже сказать, что незнакомец пытается упорядочить этот образовавшийся хаос, правда, излишне радикальным образом. Наблюдать за этим не менее увлекательно, чем за очередными реками крови, жестокостью и расчлененкой. Все это тоже присутствует, но подается несколько неожиданно, без расшаркиваний и смакования.

Режиссерский дебют младшего Франко можно назвать удачным. В жанре, в котором сейчас происходят одни из самых ярких экспериментов, ему удается удивлять неожиданным подходом к довольно рядовой истории. Он смог поддерживать на экране постоянное напряжение, используя бурление людских страстей, и почти полностью исключил банальные приемы. Все остальное не более чем украшение, десерт в виде стороннего наблюдателя, лишенного не только характера, но и лица. Он не более чем тень и почти не принимает участия в этом бытовом триллере. Подвести жизнь к обрыву с легкостью можно и без помощи таинственных маньяков. «Кто не спрятался» понравится поклонникам нестандартных триллеров и людям, далеким от жанра, мечтающим увидеть напряженную драму с нестандартным и жестоким концом.

 
 
Источник: kinoafisha.info

09 Октября 2020
0


Рецензия на фильм «Kitoboy»

Kitoboy Кинокомпания «Сони» объявила о прокате фильма «Китобой» Филиппа Юрьева ещё до показа ленты на «Кинотавре». Так что награда относительного режиссёра-дебютанта на главном российском смотре была всего лишь третьей в призовой сентябрьской череде. Что ещё безусловно важно узнать про этот фильм, так это то, что его название, которое пишется везде транслитом, — не попытка угодить международным критикам, а, наоборот, игра с аудиторией российской, которая (не вся, конечно), подобно главному герою Лёшке, учит английский лишь из необходимости прикоснуться к популярной культуре и счастлива своему Elementary. Вот только пойдёт ли именно такая публика на это вроде бы простое, но такое фестивальное кино — об этом Филипп Юрьев не задумался точно. Ну так, может, ему и не надо было?

Подросток Лёшка живёт на Чукотке в промысловой деревне. Вместе с другими китобоями он узнаёт о существовании Интернета и сайтов с вебкам-моделями, но ему ещё неведома бесхитростная жажда плоти. Ему подавай любовь. А девушка по ту сторону экрана такая красивая, что ради неё можно даже отправиться в рискованное путешествие на другой конец Земли.

Журналисты, работающие на «Кинотавре», не могли не заметить сходства «Китобоя» с прошлогодней «Sheena667» Григория Добрыгина. Роковые онлайн-соблазнительницы заставляют провинциальных парней учить английский и срываться с насиженных мест. Вот только теперь, когда перед глазами есть оба фильма, становится понятно, как из одних и тех же муки, молока и яиц у разных авторов получаются совсем разные блинчики. И рецепт Филиппа Юрьева оказывается, продолжая кулинарную метафору, съедобнее.

«Китобой» — кино, полное нежности, которую меньше всего ожидаешь увидеть в суровом северном краю. Того живого природного юмора, который невозможно прописать в сценарии, а можно лишь поймать, если не выключать долго камеру. Оно безжалостно вышвыривает столичных жителей далеко за пределы МКАДа, чтобы там, на берегу Чукотского моря, рассказать, практически напеть тёплую историю об искренней первой любви, какой в пределах московских колец уже не бывает.

Чукотка в объективе Филиппа Юрьева — не просто место, полное неведомой для городских жизненной философии. Она так и требует назвать себя метафорой нашей собственной наивности, первозданности, девственности, если хотите, которой мы неизбежно лишаемся, когда взрослеем. Поначалу мрачные местные виды, бескрайние просторы, убитый кит на пляже, снятый с коптера, кажутся слишком уж нарочитыми. Словно режиссёр заставляет нас искать скрытые смыслы в голой тундре. Но если отбросить навязчивую мысль, что перед нами фестивальное кино, становится очевидно: режиссёр попросту заворожён тем, что увидел сам. И так же, как зрители, пытается осмыслить, что за люди живут в этом месте и точно ли они могут быть такими же, как все.

Для гиперчувствительной и мегапродвинутой городской публики «Китобой» — кино совершенно дикарское. Патриархальное сообщество здесь видит в женщине лишь объект своих пошло оформленных желаний. Социальная необразованность персонажей повергает в шок: неужели ещё есть такие люди. А убийство китов — это работа, которая не вызывает в героях ни капли сомнения и уж тем более мыслей о том, чтобы срочно начать их спасать, вместо того чтобы ими питаться. Но это якобы «первобытное» общество вместе с устаревшими обычаями сохранило нечто более важное — способность к таким же первобытным, бесхитростным и чистым чувствам, демонстрантом которых является главный герой Лёшка.

Владимир Онохов, исполнитель главной роли, разумеется, получил приз того же «Кинотавра» как лучший актёр, но был ли «Китобой» для него игрой — этот вопрос фильм оставляет неизбежно. Уверенный в себе молодой мужчина, когда дело касается охоты или ухода за дедом, превращается в эмоционального ребёнка, стоит ему сесть напротив монитора, из которого воздушные поцелуи шлёт безмолвная Кристина Асмус в белом кружеве. Такое недоверие, какое выражает лицо актёра, когда он слышит, что героиня его грёз доступна каждому, у кого есть Интернет, едва ли можно сыграть. Это в прямом смысле проживание роли от первого и до последнего кадра. Проживание, магию которого не хочется развеивать никакими интервью с режиссёром или самим Владимиром. За этим почти документальным существованием едва замечаешь, что сюжетные ходы, за исключением кульминационной финальной части, незамысловаты и даже предсказуемы. Филипп Юрьев за кадром присутствует, кажется, лишь для того, чтобы поинтереснее показать зрителям, как герой преодолевает этот порог на своей жизненной реке.

И надо сказать, ему это удаётся. Серое от природы и любимых местными жителями цветов в одежде кино постепенно заливается светом и красками. Не потому, что их прибавилось в кадре, а потому, что сама история китобоя переливается ими. Фильм о взрослении, первой любви и, как ни пафосно это звучит, обретении почвы под ногами покоряет тем, что не притворяется чем-то иным. «Китобой» не пытается угодить публике, он просто есть на российских киноэкранах. И всё, что нужно сделать зрителям, чтобы этот фильм понравился, это на 5 минут стать доверчивым Лёшкой, купить билет в кино и окунуться с головой в эти неведомые воды.

 
 
Источник: kinoafisha.info

09 Октября 2020
0


Рецензия на фильм «Генерал Де Голль»

Генерал Де Голль Поразительно, что кинематограф, беря на вооружение биографии выдающихся личностей и военных деятелей, каким-то образом забыл о фигуре Шарля де Голля: ему не посвящалось ни одного байопика. Персонифицированная икона французского Сопротивления, национальный герой и основатель Пятой Республики — Де Голля по праву считают одним из самых влиятельных политических деятелей XX века, который мобилизовал все силы нации для борьбы с гитлеровской Германией.

И только сейчас, параллельно памятным датам, связанным с жизнью и деятельностью Де Голля (в этом году 130-летие со дня рождения), появился биографический фильм Гэбриела Ле Бомина. Картина рассказывает о нескольких тёплых месяцах 1940 года, на которые пришлась немецкая оккупация Франции. Правительство страны, а также усилия маршала Петэна, который пошел на сотрудничество с оккупантами, требовало перемирия, а следом — капитуляции перед гитлеровским режимом. Шарль де Голль, тогда ещё малоизвестный полковник, призвал французов к усиленному сопротивлению нацистам.

Для организации борьбы будущий национальный герой использовал радиообращения, в которых требовал примкнуть к движению Сопротивления. Идеи Де Голля реализовались: французы не сложили оружие и отказались от унизительного сотрудничества с немцами, которое навязывал режим Виши.

События фильма стремительно движутся к легендарным радиообращениям Де Голля, которые в работе Ле Бомина выставлены кульминационным моментом всей истории. Немаловажное место режиссёр отводит семейным переживаниям героя. Ивон де Голль, жена лидера Сопротивления, пытается спастись из оккупированной Франции вместе с больной дочерью Анной.

От исторических катастроф до человеческих драм — байопик о Де Голле повторяет ошибки многих кинобиографий, пытающихся охватить всё и сразу. В одном случае это способствует успеху: драматизм картины многократно усиливается. В другом — превращает фильм в телевизионное мыло с набором событий: нефильтрованных, неудачно прописанных и плохо вяжущихся друг с другом. «Генерал Де Голль» не может найти точки соприкосновения двух параллельных историй: волнение лидера за состояние страны и положение семьи показаны с одинаковой небрежностью — крайне бегло, скупо и шаблонно.

По своему формату фильм больше всего похож на историческую реконструкцию: авторы создают небрежный эскиз эпохи, чтобы передать её характерные черты. Впрочем, даже в визуальной зрелищности картина Ле Бомина отстаёт: большая часть событий разворачивается в кабинетах военных министров и среди неказистых ландшафтов деревни (только один раз перед глазами промелькнёт несколько танков на фоне боевых действий). Самому Де Голлю в исполнении Ламбера Вильсона также чего-то не хватает — как минимум той остроты и харизмы, которые были присущи мятежнику и сопротивленцу. И даже Черчилль, сыгранный Томом Хадсоном, заставляет вспомнить о том, что пару лет назад были «Тёмные времена», рассказавшие примерно ту же историю, но более деликатно, вдумчиво и кинематографично. В этом смысле история «Де Голля» повторяет историю о Черчилле, сыгранную с участием Гэри Олдмана, но в качестве бюджетного побочного продукта.

И к тому же можно смело говорить, что кинематографический интерес французов к Де Голлю вызван не только датами, приуроченными ко дню рождения лидера или его обращению к соотечественникам. Страна, переживающая недовольство политикой Макрона, испытывает определённую нехватку таких мощных национальных фигур, как Де Голль. И нация выражает эту ностальгию в латентной кинематографической форме. В этом смысле фильм следует рекомендовать тем, кто любит наблюдать за решительными политическими фигурами.

 
 
Источник: kinoafisha.info

09 Октября 2020
0


1-6 7-12 13-18 19-24 ... 859-864 865-865